Евгений Александрович Прошкин 
Это Я

Рассказы – 

Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru
«Эвакуация»: Эксмо; Москва; 2003
ISBN 5-699-04614-3
Аннотация

Человек в голубой майке, человек в белом халате, человек в кровати, человек в сером пиджаке – все они слышат голос, который с ними разговаривает, дает указания и советы. Что же объединяет всех этих людей?

Евгений Прошкин
Это Я

Рассказ

– Это я.
– Ты?..
– Глупый вопрос.
– Да… наверно. – Человек в голубой майке провел пяткой по полу, словно убеждаясь в его существовании, и выпрямился на табурете. Глаза он не закрыл, это ему не требовалось. – Значит, опять ты…
– Я мешаю? – Голос не обиделся, только спросил. Он либо требовал ответов, либо отвечал сам, но своего отношения при этом не выказывал.
– Иногда, – признался человек. – Иногда ты мне не просто мешаешь, а… э-э… как бы…
– Трудно выразить мысль? Я заметил, это с тобой не впервые.
– М-м-м… – Человек в майке не хотел спорить. Он снова шаркнул по полу, бегло ощупывая пальцами теплый линолеум. – Ты мне жизнь сломал, – сказал он неожиданно для себя и, как он надеялся, для голоса.
– Серьезно?!
– Странные поступки… Выставил меня на посмешище. Ты всегда принуждал меня совершать странные поступки. Люди этого боятся.
– Тебя давно уже никто не боится.
– Ну да. Тоже твоими стараниями…
– Я говорю только правду, – заметил он невпопад, но человек его понял.
– Почему это?
– А зачем мне врать? – Голос как будто пожал плечами, хотя на это он, конечно, был не способен.
– А зачем люди врут? Ведь тот клад во дворе…
– Выкопали на прошлой неделе. Надо было проявить настойчивость. Еще бы десять сантиметров, и…
– И меня прямо там закололи бы! – Человек не часто осмеливался перебивать голос, но сейчас не сдержался. – Их было двое… Что я мог сделать? Закололи бы на месте!
– А так не закололи. А клад достался другому.
– Кому?
– Менее достойному.
Человеку было любопытно, но он знал: если голос не говорит сразу, упрашивать его бесполезно.
– Это ведь не единственный случай, ты меня и после подводил!
– Ну давай, давай, – откликнулся голос. – Вали в кучу, сразу со всем разберемся. Еще претензии имеются?
– О-о! Претензий у меня к тебе хоть отбавляй. Жизнь поломал, говорю же. Летать…
– А, ясно. Сам виноват. Тебе оставалось сделать последний шаг.
– С крыши…
– Ты испугался. Не поверил.
– Мне опять не дали.
– Опять двое?
– Больше. Двое были внизу, у машины, а кроме них еще четверо. Спасатели. Собирались меня от чего-то спасать…
– Только один шаг! Они не смогли бы тебя остановить.
– А я… я правда полетел бы?
– Вот, ты и сейчас не веришь.
– Я же мог разбиться…
– Любой мог бы. Но не ты. Не в тот раз. Тогда был особый день, специальный день для полетов. Ты не воспользовался. А упрекаешь почему-то меня.
– Но это так трудно! Сразу взять и… и что-то такое…
– Опять не находишь нужных слов? Надо развиваться.
– Да уж! Советы твои… Хватит! Вон, куда меня загнали…
– Тебе вредит нерешительность. Ты не умеешь доводить дело до конца. А это очень важно. Вспомни хотя бы…
– Помню, помню! – Человек поерзал на табурете, точно собирался сдвинуть его в сторону. На самом деле не собирался. Табурет был привинчен к полу. – Помню, – промолвил он мстительно. – Раздеться на улице…
– Да. А что такого?
– Это же неприлично.
– Брось!
– На меня так смотрели…
– Не все ли равно, как на тебя смотрели?
– Я не успел.
– Тебе оставалось снять только майку. Это заняло бы одну секунду.
– Я не видел смысла…
– Зачем тебе смысл? Это просто игра.
– Игра во что?
– В свободу.
– В свободу?! – воскликнул человек. – Издеваешься, да?.. Вот она, моя свобода. На всю жизнь!
– Ты сам все испортил. Как с кладом, как с полетом. В каждом деле необходима точка. Если точки нет, ничего не получается.
– И уже никогда не получится…
– У тебя есть еще один шанс.
– Последний?..
– Других и не бывает. Любой шанс – последний.
– Доиграть в свободу?..
– Доиграть до конца. И в конце получить.
– Свободу? – повторил человек.
– Игра делает тебя свободным. Не надо только останавливаться.
– Ну?.. Я слушаю.
– Через десять минут тебя выпустят.
– На помывку?
– Тебя выпустят совсем.
– Что-то я…
– Сомневаешься?
– Нет… Нет, я не сомневаюсь, – твердо сказал он.
– Хорошо. Тебя встретит человек в сером пиджаке. Он отвезет тебя к детской площадке и отдаст сверток.
– К площадке, где был клад?
– К той самой.
– А сверток большой?
– Два килограмма. У площадки ты увидишь черный «Сааб». Ты подойдешь к левому переднему колесу, нагнешься и приложишь сверток под днище.
– Приложу?.. Как это?
– Не твоя забота. Он приклеится сам. После этого медленно уходи.
– Куда?
– Не важно. Просто уходи. Бежать нельзя. Разговаривать ни с кем нельзя. Оглядываться нельзя.
– И… это и будет конец нашей игры? Я стану свободным?
– Раз и навсегда, – заверил голос, – но лишь при условии, что ты снова не бросишь все на полпути. Не испугаешься, не передумаешь.
– Не испугаюсь. Не передумаю. – У человека задрожали руки, по майке расползлось темное пятно пота. – Не испугаюсь, нет… все сделаю. Стану свободным…

* * *

– Это я.
– Ты?..
– Глупый вопрос.
– Возможно, ты прав… – Человек в белом халате встал из-за стола и повернулся к окну. Окно выходило во двор, ничего примечательно за ним не было, однако всякий раз, когда в голове просыпался голос, человек вставал и отворачивался от двери. Ему не удавалось избавиться от артикуляции, и он опасался, что кто-нибудь из коллег однажды застанет его врасплох. – Почему ты никогда не посещаешь меня дома? Боишься, жена услышит?
– Это ты боишься. А я ничего не боюсь… Здесь обстановка располагает. Все под боком.
– Ну да. И валокордин найдется, и койки свободные…
– Это не я сказал. Это ты сказал.
– А что, есть разница?
– Если ты ее уже не видишь, тебе действительно пора в палату.
– Это не я сказал, – ухмыльнулся человек. – Кстати, спасибо тебе.
– За деньги? Ерунда, мне не трудно. Надеюсь, они тебя выручили?
– Еще бы! Только… почему это было… в такой форме?
– В форме клада? Тебе не понравилось?
– Ну-у… Просто странно. Клад на детской площадке… Очень странно.
– Ты предпочел бы лотерейный билет. Или умирающего дядю-миллионера в Канаде.
– В общем, да. Что-нибудь более реалистичное.
– Ты считаешь, что дядя-миллионер – это реально?
Человек в белом халате потеребил цветок на подоконнике и, отломив сухой листик, кинул его в плетеную корзину.
– Да в принципе мне без разницы, – сказал он. – Спасибо, ты меня здорово выручил.
– Ты стал свободным?
– Гм… да, в определенном смысле… Почему ты мне помог?
– Есть две причины. Первая: я тебе помог, потому что ты в этом нуждался. А вторая… А вот со второй сложнее…
– Это говоришь ты?! – удивился человек.
– Не мне сложнее, тебе. Надо поверить. Это трудно.
– Я попробую.
– Ну-ну, посмотрим… Я хочу подарить тебе свободу, – сказал голос. – Деньги этого не дают, ты уже убедился.
– Нет, отчего же…
– Не избавление от долгов, а настоящую, полную свободу.
– Такое возможно?
– Надо только поверить. Точнее, довериться.
– Один… один мой знакомый уже как-то доверился… – осторожно начал человек в халате.
– Ты про того психа, что прыгал с крыши и снимал трусы на улице?
– Так он все-таки псих?
– Забавно. Назначаешь ему лечение, а потом спрашиваешь, не псих ли он. Разумеется, псих. Но держат его здесь несправедливо. Ведь он не опасен.
– С крыши чуть не сиганул…
– Он не собирался. Это было обычное шоу. Артистическая натура. Ему постоянно нужно чье-то внимание. И здесь ему очень плохо.
– Кому у нас хорошо? – хмыкнул человек.
– Ему гораздо хуже, чем тебе было в тот момент, когда ты искал деньги.
– Это правда?
– Я всегда говорю правду. Ты, вероятно, догадываешься, чего я от тебя хочу.
– Смутно.
– Не надо кривить душой. Я все чувствую. Я даже чувствую, что ты согласен. Ты сделаешь то, о чем я тебя попрошу.
– Не уверен.
– Ты поднимешься на четвертый этаж и проверишь у дежурной медсестры журнал. Потом отправишь ее за старыми записями. Санитарам скажешь, что их ждут на пятом.
– Вот уж не уверен…
– Ты откроешь палату, – настойчиво продолжал голос, – и проводишь его вниз.
– На выходе могут быть проблемы. У нас не терапевтическое отделение, просто так больные не выписываются.
– В твоем столе лежит чистый бланк с подписью главврача. Печать поставишь сам.
– Все-то ты знаешь… – вздохнул человек.

* * *

– Это я.
– Ты?..
– Глупый вопрос.
– Не тяни. Давай конкретно. – Человек в кровати посмотрел на часы и скривился: опять проспал. Сегодня он собирался встать пораньше. Не получилось.
– Я буду конкретным, – пообещал голос. – Одевайся и спускайся к машине.
– Чего это вдруг? С каких это пор ты мною командуешь?
– С тех пор, как ты родился.
– Не хами, – сказал человек.
– Я не собираюсь тебе больше ничего доказывать. Да и времени уже не осталось.
– Но хотя бы объяснить!.. – Человек растерялся: голос впервые был столь категоричен.
– Это пожалуйста, объясню. Семена дали всходы.
– Уже?!
– А ты хотел ждать следующей весны?
– Нет, но я считал…
– Считать будешь потом. Сейчас ты просто поедешь и откопаешь то, что закапывал. Место, надеюсь, не забыл?
– Как можно!.. Между качелями и песочницей. А что там?.. что там выросло?
– Твоя свобода.
– Это как?
– Ты же загадывал желание, верно? Сегодня оно сбудется. Только, будь добр, не променяй его на какую-нибудь ерунду, как в прошлый раз.
– Я просто… проверить.
– Имеешь право. Но если снова будешь меня проверять, постарайся придумать что-нибудь менее циничное, чем голый мужчина. Вообще, довольно странная фантазия, ты не находишь? Ладно бы – обнаженная девушка, или, если угодно, десять обнаженных девушек… Но раздевающийся посреди улицы мужик… В этом есть что-то нездоровое.
– Он же не до конца разделся, – ответил человек в кровати.
– У тебя хватило совести попросить меня, чтоб он оставил на себе майку.
– Да, такая позорная голубая майка!
– Не всем же быть банкирами… Поднимайся, тебе уже пора. «Шевроле» оставишь в гараже, поедешь на «Саабе».
– Я хочу на «Шевроле».
– Не капризничай. На «Саабе», и без охраны.
– А если на «Шевроле»? – упрямо спросил человек.
– Тогда ничего не выйдет. Можешь даже не пытаться.
– Хорошо, – сказал он, помолчав. – На «Саабе», но с охраной.
– Не торгуйся, это некрасиво.
– Но у меня последнее время неприятности, и я боюсь…
– С тобой ничего не случится, я гарантирую.
– Он гарантирует!.. – буркнул человек и, повалявшись в кровати еще с минуту, рывком встал.

* * *

Человек в сером пиджаке сдвинул в сторону усик микрофона и, закинув руки за голову, покрутился в кресле. Затем оттолкнулся от стола и, переехав к незапертому сейфу, достал прямоугольный сверток. Взвесив его в ладони, он вернулся к столу и положил сверток перед собой.
– Это я.
– Ты?..
– Глупый вопрос.
– Согласен. – Человек в пиджаке не очень-то верил во всякие голоса, но недавно вынужден был признать, что с ним кто-то разговаривает. Видимо, виною был хронический стресс. – Что тебе надо?
– Мне надо, чтоб ты никуда не ходил. Никого не встречал и ничего не передавал.
– Ну, здрасьте!.. Акция готовилась три месяца. С какой стати мне ее отменять?
– У вас все получится, это уже ясно. Я хотел бы усложнить задачу.
– Ты спятил… Задачу надо не усложнять, а упрощать. Иначе растет риск.
– В этом весь интерес.
– Не говори глупостей!
– Ты ведь понимаешь, что я могу все переиграть?
– Это ты можешь, – нехотя произнес человек в пиджаке. – Как с той крышей, да?.. Чуть не угробил мне исполнителя.
– Он же не спрыгнул. Ты попросил оставить его в живых, и я оставил. А теперь я прошу: перенеси то, что мы подготовили, на другой день.
– На какой другой?! – взвился человек. – Поздно переносить! Если сегодня будет осечка…
– Я все улажу, не волнуйся.
– Нет. – Человек взял со стола сверток и направился к двери.
– Тогда я решу этот вопрос самостоятельно, – предупредил голос. – Загляни-ка в сейф.
– Что там?
– Сам увидишь.
– Там ничего нет.
– А ты все-таки посмотри.
Человек остановился и, приблизившись к сейфу, открыл дверцу. На нижней полке лежал еще один сверток, точь-в-точь как первый.
– Не-е-ет!.. – простонал он.
– Угадаешь, какой из них фальшивый? – вкрадчиво спросил голос. – Никогда не угадаешь.
– Зачем это?..
– Я уже сказал: мне стало неинтересно. Нужен другой способ, более изящный.
– Послушай… У меня есть задание, его надо выполнить. Вот и все. При чем тут твое изящество?!
– А при чем твое задание? Кстати, от кого ты его получил?
Человек в пиджаке задумался и сел в кресло.
– Не вспомнишь, – сказал голос.
– От… от тебя?!
– От кого же еще?
– Я устал… – Он подкатился к сейфу и забросил туда сверток, попутно отметив, что обе полки снова пусты. Впрочем, это его уже не волновало. – Я устал… мне надоело…
– Вот и мне тоже, – ответил голос. – Нам нужно что-нибудь другое.
– Согласен. – Человек снял серый пиджак и остался в голубой майке. Пиджак он пристроил на вешалку, рядом с белым халатом. Потрогав вялый цветок на подоконнике, он обошел привинченную к полу табуретку и улегся на широкую кровать. – Нужно что-нибудь другое… – медленно повторил он. – А что именно?
– Не знаю. Придумай сам.
– Я никогда ничего не придумывал.
– А ты попробуй. Это не трудно.
– Да?..
– Попробуй, попробуй! – поддержал голос.
Человек свесил ногу и провел пяткой по теплому линолеуму.
– Это я, – неуверенно произнес он.
– Ты?.. ты?.. ты?.. ты?.. – раздалось где-то внутри и повторилось семь миллиардов раз.
Человек посмотрел в бесконечный потолок и улыбнулся.
– Глупый вопрос…